все записи



Дата: 24.01.2008
«Вестник строительного комплекса» № 51
Рубрика: ***

Евгений Беллендир: я занимаюсь любимым делом, которому предан всей душой


Евгений Николаевич Беллендир – крупный ученый и инженер в области механики грунтов применительно к проблемам нагрузок и воздействий на гидротехнические сооружения, их сейсмостойкости, а также сооружений на шельфе.

В 1980 году окончил физико-механический факультет Ленинградского политехнического института им. Калинина, пять лет отработал в Государственном институте прикладной химии, затем пришел во ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева, в лабораторию оснований и фундаментов, где прошел путь от младшего научного сотрудника до заведующего отделом. В 1993 году защитил кандидатскую диссертацию.

90-е годы были очень непросты для российской науки, но Евгений Николаевич остался верен своей профессии, много трудился в направлении поиска новых рынков реализации научных разработок института, активно участвовал в его реорганизации. В 2003 году занял пост исполнительного директора ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева. В этот период Евгений Николаевич активно занимался научной работой, связанной главным образом с новыми разработками в области освоения континентального шельфа, а также безопасности гидротехнических сооружений. В 2006 году защитил докторскую диссертацию. Неоднократно награжден почетными грамотами Минтопэнерго России, а также грамотой ГидроОГК. В 2002 году Евгению Николаевичу Беллендиру было присвоено звание «Заслуженный энергетик России».

 

– Евгений Николаевич, какие задачи в настоящее время стоят перед вами как руководителем крупного научного учреждения?

– Сегодня российская энергетика переживает новый этап своего развития. Завершается реформирование РАО «ЕЭС России», формируются новые компании, в частности федеральная генерирующая компания «Гидро ОГК», в состав которой мы входим. Поэтому сегодня много работы, связанной с позиционированием института, его гармоничным вхождением в федеральную энергетическую структуру. Также начался этап активного роста объема работ, выполняемых институтом. Так что работа сложная, хватает рыночных и нерыночных проблем.

 

  Какие научные задачи стоят перед коллективом института?

Институт создавался в 20-е годы для разработки решений водохозяйственных проблем страны. Но с самых первых шагов своей деятельности он активно включился в процесс научного обеспечения строительства гидроэнергетических объектов. В послевоенные годы институт занимался комплексом исследований, обеспечивающих проектирование, строительство, эксплуатацию и технологии ремонта гидротехнических сооружений. С развитием атомной энергетики появилась необходимость научных разработок в области строительства, реконструкции и технического обеспечения таких сооружений АЭС, как фундаменты мощных турбоагрегатов, реакторные отделения атомных станций, системы технического водоснабжения. Одним из важнейших направлений деятельности института является разработка систем грязешлакоудаления, шлаконакопителей для тепловых электростанций, металлургических и других производств, а также создание пленочных и грунтовых экранов, обеспечивающих инженерную защиту территорий. Институт принимал и принимает до сих пор самое активное участие в исследовательских и научных разработках при строительстве комплекса сооружений для защиты Петербурга от наводнений. С момента создания проекта мы вели его научное сопровождение, обеспечивали на базе своих лабораторий серьезнейшие испытания, а также расчеты волновых, ледовых нагрузок, расчеты сейсмостойкости сооружений, исследования в области гидравлики. На сегодняшний день институт располагает серьезной экспериментальной базой по исследованиям грунтов, бетонов, железобетонов. Одним из новых направлений работы коллектива являются научные разработки в области сооружений на шельфе для добычи нефти и газа.

 

Институту удалось сохранить серьезную научную базу, не потерять ее в 90-е годы…

– В 90-е годы мы потеряли ценные научные кадры. К сожалению, их очень трудно восстановить. По нашим специальностям вузы сегодня специалистов не готовят. Гидротехнический факультет Политехнического института прекратил свое существование. А та молодежь, которая приходит с инженерно-строительного факультета, требует серьезной дополнительной подготовки. Впрочем, нельзя сказать, что ситуация безнадежна, все-таки интерес к профессии гидроэнергетика растет.

 

– Евгений Николаевич, вы входите в Международную Энергетическую Академию. Расскажите о своей деятельности в этой области.

– Академия объединяет специалистов-энергетиков. На этой профессиональной площадке обсуждаются такие вопросы, как надежность, устойчивость энергосистем, их эффективность. А также проблемы пиковых нагрузок на энергосистемы и пути их решения. Недавно обсуждался прогноз развития энергетики России до 2030 года, в том числе необходимость экспорта энергии, территориальное распределение энергетических мощностей,  пути достижения их маневренности и так далее. Мне, безусловно, очень интересно участие в этом профессиональном объединении, и я с удовольствием обсуждаю с коллегами общие вопросы энергетики. Это уже не та конкретика, которой приходится заниматься ежедневно.

 

– На ваш взгляд, сегодня роль гидроэнергетики растет?

– Безусловно. В программе развития энергетического комплекса России до 2030 года количество энергии, вырабатываемой на гидроэлектростанциях, в процентном отношении остается таким же, как сейчас. Для этого есть две основные причины. Во-первых, гидроэнергетика – это не только производство продукта, то есть энергии. Самое главное ее значение – маневренность. Для достижения бесперебойного снабжения электроэнергией потребителей необходим баланс между различными видами энергии не только в региональном разрезе, но и в разрезе базовой и маневренных мощностей. Достаточное количество последних обеспечивает возможность перераспределения энергетических мощностей между различными районами, а следовательно, способно покрыть все сезонные, утренние, вечерние и другие пиковые нагрузки.  Во-вторых, сегодня мы используем только около 20% всего потенциала гидроэнергетики. То есть при потенциале в 852 млрд квт/ч используется только 180 млрд квт/ч. Потенциал Европейской части России использован лишь на 50%, а Сибири – только на 4-5%. Так что перспективы для развития есть.

 

– В момент кризиса 90-х годов наука была вынуждена выживать. Насколько трудно сегодня, на ваш взгляд, догнать зарубежных коллег в области гидроэнергетики?

– Конечно, мы сегодня отстаем от развитых стран в области применения новых технологий, конструктивных решений. Но замечу, что научная база у нас сохранилась, проблем с приобретением необходимой техники тоже нет. Так что сегодня есть все технологические возможности наверстать упущенное. А при условии успешного развития приливной энергетики, может быть, даже и перегнать европейские страны. 

 

На каком этапе сегодня находится освоение приливной энергетики?

 Сегодня в России есть небольшое количество действующих объектов, которые носят опытно-промышленный характер. Само направление находится в стадии исследования. Но уже есть очень перспективные разработки и по материалам, и по технологиям, которые позволяют с оптимизмом смотреть в будущее.

 

– Вы являетесь автором-разработчиком государственных и ведомственных стандартов и норм по проектированию и строительству гидротехнических и энергетических сооружений и их оснований, в том числе сооружений на шельфе. В связи с этим вопрос: насколько технически подготовлено освоение Арктического шельфа в районе хребта Ломоносова?

– Пока технологий для успешного освоения шельфа не существует не только в России, но и в мире. Даже в случае, если Россия сумеет доказать, что хребет Ломоносова является естественным геологическим продолжением Сибири, у мирового сообщества возникнет вопрос: а готова ли страна к его освоению технически? У нас разработаны технологии строительства и обслуживания буровых установок, стоящих в открытой воде. Но для многолетних льдов ничего подобного пока не придумано. Кроме того, для добычи нефти или газа требуется целая инфраструктура. Это подводные компрессорные станции, подводные танкеры, и многое другое. Я не считаю осуществление подобных планов фантастикой, но не берусь предсказать даже примерные сроки их реализации.

 

– Сегодня в России активно идет либерализация энергетического комплекса. Как вы оцениваете этот процесс?

– Я бы сказал, что по части либерализации мы перегнали все европейские страны. И во Франции, и в Германии, и в Англии, и в Италии попытки скупить ту или иную часть энергокомпаний блокируются государством. То есть Европа процесс так называемой либерализации слегка притормаживает. Я не считаю, что сама по себе либерализация – это плохо. Но должны быть некие противовесы со стороны государства, которые контролировали бы процессы, происходящие в энергетическом комплексе. С точки зрения подготовки рынка и контролирующих его механизмов Россия к либерализации энергетической отрасли пока не готова. Необходимы четкие механизмы регулирования, обеспечивающие энергетическую безопасность страны. А это – функция государства.

 

– Евгений Николаевич, в заключение вопрос личного характера: что вы считаете самым важным в жизни?

– Важно, чтобы жизнь была интересная и насыщенная. Любую будничную рутину человек может раскрасить любимыми увлечениями и занятиями – спортом, походами в театр, живописью. Мне в этом смысле очень повезло, потому что я занимаюсь любимым делом, которому предан всей душой. Это заряжает и здоровьем, и оптимизмом, и любовью к жизни. Иногда ловлю себя на том, что мне, как ученому, более интересен сам процесс работы, чем ее результат. Но поскольку я являюсь руководителем, всегда стараюсь достигать поставленной цели. И считаю целеустремленность, надежность и порядочность – самыми симпатичными человеческими качествами.


Полная или частичная перепечатка материалов - только с письменного разрешения редакции!


«« назад